С возрастом многие из нас все чаще вспоминают годы детства и юности, людей, с которыми вместе трудились и, конечно, тех, кто был близок и кого уже нет рядом с нами. И хочется порой рассказать о них, вспомнить добрыми словами, ведь они жили и честно трудились во благо родной земли, для своей Родины. На это  решилась и наша читательница Г.И.Максимова из д.Пустораменка. Она пришла в редакцию и рассказала о своем отце – Иване Алексеевиче Шашкове, которому 18 августа этого года исполнилось бы 100 лет.

Он родился и всю свою жизнь прожил в Пустораменке. Его родители – Феодосия Васильевна и Алексей Васильевич были крестьянами, всегда трудились на земле. Когда пришло время коллективизации, как и многие односельчане, вступили в колхоз, всю живность со двора сами отвели на общественную ферму. Трех сыновей: Николая, Ивана и Петра – тоже с ранних лет приучали к труду. Мальчишки росли крепкими, способными и трудолюбивыми. (далее…)

 

Зима 1941-1942 годов

Идем группой по укатанной военными машинами дороге из Мохнецов в Мухреевскую школу. Едет санитарная военная машина. Кто-то из нас поднимает руку. Обычно военные машины не останавливаются, но не в этот раз. Женщина-военврач поднимает меня в машину со словами: «Ой, какая маленькая!». Я первоклассница, младшая и самая маленькая по росту среди мохнецких школьников. Мухреево недалеко, в двух километрах от села Мохнецы. Но первая военная зима была суровой. Стараемся доехать до школы на попутках. (далее…)

Мои детство и юность прошли в деревне Новый Починок сельского поселения Ильгощи. Родился я  в 1946 году. Меня и моих сверстников можно назвать детьми Победы, поскольку наши отцы вернулись домой, победоносно завершив разгром сильного и коварного врага. Конец сороковых – начало пятидесятых годов ХХ века было непростым временем. В людях жила надежда на быстрые перемены к лучшему, тем более, что преодолевать трудности наш народ умеет как никто другой. (далее…)

Такой адрес до 1956 года был у всех кушалинцев. В Кушалинский район входила территория нынешнего Рамешковского района от реки Медведицы в сторону Твери.

Как и положено районному центру, в селе Кушалино располагались райком партии и райисполком (в здании больницы), райпотребсоюз, Госбанк (в здании администрации сельского поселения), милиция (на берегу полноводной реки Кушалки, здание не сохранилось) напротив магазина «Диллер», недалеко от нее (на месте промтоварного магазина) находилась редакция газеты «За большевистские колхозы».

А в центре села, на самом видном месте, возвышался памятник вождю И.В. Сталину. Около него фотографировались, несли цветы к его подножью. Можно сказать, что это было знаковое место районного центра. Потом Иосифа Виссарионович сменил Владимир Ильич.  В эпоху строительства социализма и его развития были вожди, им устанавливали и памятники…

В храме в пятидесятые годы прошлого столетия работал Дом культуры. Долгие годы его деятельностью  руководила Анна Ивановна Гутман. При ДК много лет существовал танцевальный коллектив, в котором занимались более двадцати человек. (далее…)

«Куда уходит детство? В какие города? И где найти нам средство, чтоб вновь попасть туда?» Как ни грустно осознавать, но того далёкого времени, которое так сладко пахнет бабушкиными пирогами, свежескошенной травой, парным молоком, геранью на окошке, уже не вернёшь. Именно детство – это та счастливая пора, когда паришь в облаках и любишь своей наивной детской любовью весь мир.

Каждое лето мы с братом гостили у бабушки, Анны Васильевны Михайловой, и дедушки, Михаила Николаевича Михайлова, в деревне Зубцово. Эта спокойная деревушка, где все дружат. Я помню, что у бабушки всегда было много гостей, она встречала всех, как родных, никого не оставляла без внимания. Стол у бабушки был хлебосольный, хоть и никогда они не были богатыми. К ним часто приходила немая старушка, баба Маня. Бабушка и с ней умудрялась поговорить. Баба Маня снимала с нас мерки и шила мне и брату одежду в благодарность за бабушкину теплоту и заботу. Вообще, бабушка была открытой, доброй, щедрой, жалостливой и очень, очень родной для всей деревни. Она всегда была готова прийти на помощь, обогреть, поддержать. По соседству жила бедная семья, бабушка относила им вещи и продукты. Если у кого-то в деревне случалась беда, сразу бежали к бабушке. (далее…)

Детство Антонины Васильевны Губановой пришлось на  пятидесятые-шестидесятые годы прошлого века. Родилась и выросла она в д. Денисово сельского поселения Никольское. Деревня  расположена на берегу реки Медведицы, места в округе красивейшие. У селения богатое историческое прошлое. До революции оно  принадлежало  помещику  Н.В. Зиновьеву, в 1917 году в нем проживало 482 человека. После оно  стало административным центром Мохнецкого сельского совета, в который входили села Мохнецы и Запетрики, деревня Тюрево-Ловцово. В 1929 г. часть крестьян организовала сельскохозяйственную артель «Активист». Первым председателем избрали Алексея Губанова, который в кампанию по раскулачиванию подвергся раскулачиванию и выселению. В 1934 году в Денисово 69 хозяйств, проживали 470 человек, работали маслобойка, валялка, 2 кузницы. Дети учились в школе I ступени, открытой в деревне. В войну деревня наполнилась беженцами из Твери и оккупированных районов  нашей области. На Великой Отечественной войне погибли 26 местных жителей. В 1949 г. колхоз расширился за счет присоединения Слободихи и Тюрево-Ловцово, позднее вошел в укрупненный колхоз «Заветы Ильича»,  в 1965  году он был преобразован в совхоз «Тучевский».

«Во времена моего детства родная деревня была многолюдной и многодетной, – вспоминает Антонина Губанова.

– Мы учились в начальной школе, которая стояла на нашей улице, здание это и теперь живо, правда там уже давно не учатся дети, сейчас оно в личной собственности. Как сейчас помню два класса с партами, большой коридор. Звонок на занятия  подавали колокольчиком. Домашние уроки старались готовить пока на улице светло, а если не успевали, то вечером учили при керосиновой лампе. Электричества в деревне тогда еще не было. Вспоминаю  свою первую учительницу  Марию Николаевну Громову. Была она  добрая, справедливая, в меру строгая к нам,  своим ученикам. Помню такой случай: папа мой был бригадиром, у него хранился ключ от правления, мы вместе с учительницей там слушали радиолинейку или передачу какую-то важную. После этого Мария Николаевна закрыла здание на замок и попросила меня отнести ключ папе. Мне не захотелось отрываться от одноклассников, я чуть приотстала, а потом догнала ребят. Куда ключ у меня делся – сама не знаю, потеряла!  Папа меня отругал и забыл, а учительница долго помнила мой проступок. И я надолго запомнила, что нужно старших слушаться. После  четвертого класса мы перешли учиться в Бобровскую школу. Боброво расположено на другом берегу Медведицы. Весной, чтобы мы могли добраться в школу, через реку устанавливали лавы, не раз случалось, что дети падали в воду, добираясь на занятия. Это мы воспринимали как  приключение!  А во время разлива бывало, пока вода в берега не войдет, и на лодках переправляли детей  в школу. Со мной учились Оля Басова, Валя Федорова, Оля Храброва, Толя Емельянов, Тоня Самодурова, Вера Мухина и Нина Бухтарева из Бережка, Зоя Волкова из Гришутина.  На пришкольном участке выращивали овощи, помогали совхозу «Тучевский»: и картошку копали, и лен поднимали. За школой на площадке играли в волейбол, зимой катались на лыжах. Ездили на соревнования в Рамешки, ходили в походы с палатками на исток реки. На День рождения пионерии в мае всегда организовывали огромный костер, пели песни, играли.

Мой отец, Василий Иванович Губанов, участник Великой Отечественной войны, долго был бригадиром в колхозе. У нашего дома по утрам собирались колхозники и он ставил их на работу. Мама, Мария Васильевна, сначала трудилась в Боброве  в трикотажной артели, а потом – почтальоном. Почтовое отделение располагалось в деревне Могилки. Мама разносила газеты, журналы, письма и открытки. Корреспонденции набиралось много – две  тяжелые сумки. И участок у нее был большой: Тюрево, Мохнецы, Боброво, Денисово. Я ей  помогала во время каникул и на работе, и дома. Пасла корову, грядки полола, дома порядок наводила. Сено готовили семьей почти все лето. Пока поменьше была, я от лошади слепней отгоняла, а когда подросла – и  ворошила, и копны ставила. Летом всегда работы много. Но и отдыхать успевали. Любили с подружками на речку бегать. Какое удовольствие – окунуться в прохладную воду Медведицы в жаркий день! Привозили в деревню и кино, показывали в правлении, с концертами приезжали артисты из Рамешек.

В деревне раньше имелся свой магазин, работала там тетя Нюша Мартынова, а потом Валентина Белякова. Отдельно у реки стояла керосинка –  это небольшая лавка, в которой продавали керосин, который использовали и в лампу, и в керогаз.

Электричество появилось в Денисове году в 1960-61. Сначала в Боброве свет провели. Помню, как женщины шутили, что  в доме от лампочки теперь такой яркий свет, что вся пыль-грязь видна. Потом и в Денисово электричество провели. Все были рады. У нас одних из первых  в деревне появился телевизор. Смотреть передачи собирались все соседи.  Расставляли в передней  лавки, стулья, табуретки, а кому не хватало места, садились прямо на пол».

После окончания Бобровской восьмилетней  школы Антонина Губанова училась в училище в Твери, потом и работала в городе. Связь с деревней не теряла, приезжала к родителям на выходные и в отпуск. А одиннадцать лет назад совсем вернулась в родное Денисово, чтобы ухаживать за старенькой мамой. Одна та уже не справлялась. Сейчас мамы уже нет, Антонина осталась жить в родном доме в деревне. Летом здесь кипит жизнь. Звучит детский смех на улице, звенят велосипедные звонки. Почти в каждом доме  по вечерам зажигается свет, во дворах и огородах работают или отдыхают люди. На зиму остаются жители лишь в десяти домах. Магазина в деревне нет, но регулярно приезжают автолавки, все местные жители знают расписание автомагазина и собираются в центре деревни, чтобы сделать покупки. Зимой дорогу регулярно чистят, проехать можно на любой машине в любое время года. Жаль только, что общественный транспорт сюда не ходит. Чтобы съездить по делам в Никольское или Рамешки, нужно договариваться с соседями, искать частника. Места здесь тихие и красивые, из окошка Антонина Васильевна не раз наблюдала лис и зайцев. Зимой на белом снегу рыжая шубка лисиц видна издалека. А от зайцев приходится беречь посаженные в саду деревья.

Здесь, в деревне Денисово, все ей знакомо и все любимо.

Н.ОСИПОВА

 

 

 

Сегодня мы печатаем воспоминания Марии Николаевны Гуркиной из деревни Шеломец сельского поселения Никольское.

Тридцатые годы

Еще до войны в деревне Григорово Тучевского сельского совета народу было много, более ста  жителей в сорока пяти домах. Отдельно, за ручьем, находился хутор Дубровка, на котором построили пять домов. В сороковые годы в деревне был свой магазин, начальная школа и детский сад, овечья ферма и конюшня. Григорово – это карельская деревня. Дома, в магазине, на улице  все говорили на родном языке, даже детям в школе  преподавали уроки на карельском.

В семье Пискуновых подрастали четверо детей: Мария, Николай, Елизавета и Антонина. Глава семьи, Николай Иванович, занимал должность председателя колхоза, а его жена, Александра Михайловна, числилась рядовой. Жили хорошо, дружно. Помогали бабушка и дедушка Юрасовы,  они жили отдельно, но недалеко.

В деревне  в те далекие годы стояли крепкие дома, вдоль улицы росли ветлины и березы. В каждой  семье было большое  хозяйство. Деревня располагалась вдали от многих  дорог, самый ближний путь был до Язвицы, три километра, а до Никольского – пять. Через эту местность проходила дорога на деревню Моляково и село Застолбье. (далее…)

Прошлое  нельзя изменить, переделать, исправить. И  как известно, история не имеет сослагательного наклонения.

Деревня моего детства – это часть жизни, которую бережно хранит моя память. Ее можно рассказать, вспоминая самые яркие моменты или те картинки, которые встают перед глазами…

Стадо животных в селе Замытье было большим: несколько ферм, почти в каждом доме имелись коровы или козы, отдельный разговор можно вести об овцах. Мы приезжали на лето к бабушкам и вместе с ними ходили встречать стадо. Подходили к прогону, который шел к дальней ферме. Народу собиралось много. Бабушки прятали лакомство для животных – хлеб – в своих фартуках, а в руках держали хворостинки. Вот где обсуждались последние новости. А мы, дети, бегали по теплой серой пыли и вглядывались вдаль: когда же пойдут домой буренки? Можно сказать, что для нас это был своеобразный ритуал: встречать корову или козу и сопровождать до дома, а для деревенских ребят считалось обязанностью. Пока ждали животных, бегали, играли, смеялись – одним словом,  были счастливы. Лето! Деревня! Свобода! Это воспоминание прошлого века…

Нет теперь в Замытье большого стада, да и маленького тоже. Не знаю, сколько имеется коров на всю округу.

9 июля, в день Тихвинской иконы Божьей Матери, старенькая бабушка давала мне в руку бидончик и отправляла на родник, что за селом. Любили «замыцские цаевники цаек попить». Я заходила за подружкой, и мы шли за водой. Чтобы попасть на источник, мы пробирались по заросшей тропинке. Вода в роднике текла тонкой струйкой, и  черпали ее кружкой. Мы подходили к месту, набирали воду, переводили дух   и отправлялись назад. Знали: стареньким бабушкам отказывать нельзя, они нас ждут дома с водой. А рядом с заросшим родником цвели белые и фиолетовые фиалки, источая тонкий аромат. Для нас это была награда – собрать небольшой букет полевых цветов.

Этот родник в советские годы так и оставался в заброшенном виде. А два года назад он начал преображаться. Теперь его не узнать! Ничего от старого места не осталось. Постарались работники администрации сельского поселения Высоково и Г.В. Спажев! Теперь любой подросток с удовольствием выполнит просьбу пожилого человека.

DSC03576.JPG

(далее…)